"Заикание в вопросах и ответах"

  С. Б. Скобликова      
                       
 

                                                                                                                                                                                 УБИВЕЦ

 

      Достаточно давно к нам приехал Андрей из Екатеринбурга - самый маленький ребенок, когда-либо побывавший в коррекционной семье. Ему было всего 5 лет и 2 месяца. Он попал вне очереди, так как записанный на август подросток перенес операцию по удалению аппендикса и не мог выполнять дыхательную гимнастику. Его место Андрюша и занял. Родители привезли его рано утром, мы еще спали, когда нас разбудил автомобильный сигнал. Заехав, огромный «Кадиллак» с эмблемой какой-то торговой фирмы на борту долго маневрировал, пристраивался. Затем из него появились папа, мама и сын, которого буквально вынесли на руках и поставили на помытую ночным дождиком, еще влажную бетонную дорожку. Когда распахнулась задняя дверь, мы поняли причину столь озадаченного маневрирования. Из глубины «американца» возник чемодан на колесиках не просто большой, гигантского размера, плотно затянутый ремнями. К нему еще прилагались дорожная сумка, рюкзак и несколько пакетов. Такого «приданого» нам видеть еще не приходилось. Шустрый мальчонка в одетой задом наперед бейсболке ловко схватил рюкзачок и широким шагом направился к нашему дому. За ним - мама с сумкой и пакетами, а папа покатил чемодан. Давалось ему это очевидно нелегко. Гладкая дорожка у самого дома переходит в тротуарную плитку со свойственными ей рубчиками. На таком углублении колесо тормознуло, нагруженная ручка чемодана отвалилась, и он увесистым медведем сполз на газон. Алексей Арнольдович попытался помочь, но Андрюшин отец сказал: «Своя ноша не тянет, но это возмутительно тяжело». С любопытством подумалось: «Что же там такого может быть?» Наученные горьким опытом многочасовой родительской распаковки вещей, мы поставили все в детской и сообщили, что разберем самостоятельно позднее. Беседа и обследование протекали бойко. Заикание было выраженным, но не  слишком тяжелым. Андрей на удивление вел себя очень независимо, на родителях не вис, задавал вопросы по существу. Максим и Людмила были врачами невропатологами, познакомились в вузе. Но теперь, бросив любимую специальность, отец перешел в автомобильный бизнес ради того, чтобы повысить материальный достаток в семье. Бизнес шел превосходно, и ему удалось получить неплохую должность. Максим заикался. Мать какое-то время работала в поликлинике, а затем прекратила. Они не скрывали, что все это ради сына, про десятилетнюю дочь даже не вспоминали. Папа с упоением рассказал, что ребенок ходит в частный детский сад с ежемесячной оплатой 500 долларов, правда туда его приходится возить около часа. Он также сообщил, что мальчик пойдет в специализированную частную школу, при которой находится садик - самую навороченную и дорогую в городе. Было видно, что родители ничего не жалели для сыночка и считали его достойным этого. С их слов он был необыкновенно самостоятелен: сам выполнял задания, чистил зубы и заправлял постель, в одиночку мылся в ванной и мог даже приготовить кое-что из еды, например яичницу с ветчиной, вареную картошку, пельмени и компот из сухофруктов. Наблюдая детишек совершенно другого качества, мы восприняли эти новости с недоверием. Я спросила: «А ваша дочка обучается в той же школе?» Мать ответила: «Да что вы, она учится в школе во дворе дома». Оказалось, что девочка посещала и  ближайший муниципальный детский сад, у нее никогда не было проблем в речи, и хотя «она с ленцой, отметки отличные». Со стороны казалось, что Андрейка для семьи был не просто кумиром, но и «светом в окне».

      Проводив маму и папу, принялись разбирать багаж. Чего только не обнаружилось в чемодане: все вещи продублированы парами, каждая новая с этикеткой из известного магазина. Два банных халата, два полотенца, четыре пары обуви, двое джинсов, четыре курточки, шесть футболок и многое другое. Дальше - больше. В сумке лежали только что купленные наборы Лего (3 штуки), а в пакетах - необыкновенное количество лекарств на все случаи жизни, зубочистки, палочки для ушей и даже специальная железочка для прочистки языка. Ко всему прочему были привезены многочисленные продукты: разводные каши, кисели, соки и конфеты. Упаковано все на редкость бережно, между слоями этого имущества повсюду имелась специальная бумага с изображением добродушных сердечек. Распаковали только треть, остальное осталось на своих местах за ненадобностью.

      Начался курс. Андрей действительно оказался таким, как его описывали. Без напоминания аккуратно складывал одежду, ежедневно по вечерам мылся, всегда ходил опрятным. Привезенная математическая тетрадь с заданиями для второго класса бралась им в руки, как только улучался свободный момент. Решал все сам и только иногда обращался за помощью. Занятия в целом шли очень успешно. Режим молчания без проблем, дыхательная гимнастика тоже, реконструктивная речь с пол-оборота. Не ученик, а золото. Но диалектика не заставила себя долго ждать. Вторая сторона медали была ужасающе дикой.

       Как-то вечером после ужина мы случайно заметили, что Андрюша с особенным интересом рассматривает набор ножей, стоящих на кухне. Он забрался на стул, вытаскивал каждый «клинок»  и, подержав его в руках в разных позициях, клал на место. Алексея Арнольдовича насторожило, что воспитанник несколько раз брал ножи «по-испански» лезвием в себе, что обычно свойственно бандитам, а не детям. Он подошел к Андрею и достаточно жестко и категорично запретил трогать опасные предметы. Тот насупился и с недовольным видом отправился на занятие. Урок не удался. Ребенок стал вести себя агрессивно: грозить кулаком, пытаться запустить в кого-либо из нас книжкой и, в конце концов, яростно набросился на меня, нанося удары по рукам и животу. Все это потребовало надлежащих активных воспитательных воздействий, но поначалу на любые замечания он поворачивался задом и стоял так, пока от него не отстанут. Но мы не отстали и легко отучили драчуна от этой наглой привычки.

      Из телефонного разговора с матерью выяснилось, что сыну никто никогда ни чем не отказывал. Людмила рассказала о его своенравности. Так, если Максим, привозя его в сад, опоздает на несколько минут, то мальчик, будучи самым высоким, не сможет первым встать на линейке, поэтому он отказывался выходить, и отцу приходилось везти его домой или оставлять в автомашине около работы на целый день. Потом папа с гордостью рассказывал жене, какая у сына сила воли. Когда мы обсудили эту историю с Андрюшей, он заявил: «Я лучше папы знаю как надо».

      Однажды, когда дети были на прогулке, в комнате Андрея обнаружились рисунки, шокировавшие нас. Там схематично были изображены: папа, мама и девочка, стоящие на коленях, а рядом мальчик с ножиком в руке; девочка, лежащая в крови с крестиком на лице и рядом те же согнувшиеся фигуры; мальчик ростом с папу, пронзающий ножом сразу всех троих. Мы не выдержали, вернули ребенка домой, усадили в кресло, включили скрытую камеру и стали спрашивать о рисунках. Его это не удивило, он подтвердил, что нарисовал отца, мать и сестру, которые ему совсем не нужны и чаще всего только мешают, поэтому он хочет их «убрать, то есть убить...» Эти слова были сказаны с волнением, но без малейшей тени сожаления или страха. Вы не можете представить наше состояние!

       В целях безопасности надо было позаботиться о себе и другом ребенке Игоре, проживающем у нас. Незамедлительно все острые, режущие и любые опасные предметы отправились под замок, а мальчик - в отдельное изолированное помещение. Больше без присмотра он не оставался ни на минуту, а во время сна находился в закрытой комнате. Как ни странно, через некоторое время Андрейка подобрел, агрессивность прошла, и началась обычная детская болтовня. Однако опасная «тема» не давала покоя и, подловив момент, состоялась попытка очень аккуратно провести воспитательную беседу. Пришлось «согласиться» на полную секретность от родителей, на которой он настаивал, объяснить, что многие дети обижаются на папу и маму, но они семья, и совершенно ни к чему никого «мочить». Андрюша подтвердил, что обижается, в день рождения «в 4 годика» ему ничего не подарили и вообще забыли о нем. Но это не причем, он просто считает, что «одному будет лучше, очень нравится папина машина и не нравится сестра». О, ужас! Ребенок изложил, как тренируется с дверью в ее комнату. Подбегая, часто со стуком открывает ее ногой, чтобы сестренка привыкла к шуму, не вздрагивала и не поворачивалась, когда потребуется всадить нож ей в спину...

      Больше к тяжелому вопросу не возвращались, сочтя, что это не наш профиль. Такое матери и отцу по телефону сообщить невозможно. Но про день рождения мы спросили, и оказалось, что «на 4-летие Андрюшенька получил в подарок электрическую железную дорогу и не только». С подавленным эмоциональным фоном наши занятия подходили к концу. С программой умник справился, и казалось, все  негативное утряслось, но за пару дней до отъезда, разговаривая с нашим сыном, он не к месту сказал: «Я видел, что вы ножики убрали, но дома-то они так и лежат».

      Андрюша безукоризненно «отстрелялся» на концерте, даже намека на заикание не продемонстрировал. Мама и папа были счастливы. По очереди обнимали и целовали его. Но мы не могли и не имели такого права - умолчать об обнаруженном, возможно, патологическом отклонении. Предложили родителям просмотреть видеозапись или пересказать «нечто» собственными словами. Они выбрали последнее. Услышав рассказ, папа и мама замолчали на несколько минут, показавшихся часом. А затем отец спросил: «Как теперь поступить?» Мы поделились своими рекомендательными соображениями и посоветовали консультацию психиатра. Вычурная, патологическая, самоотверженная любовь в данном случае породила не просто сознание исключительности, но исключительности, не приемлющей никого, даже собственную семью.

        Максим, «переварив»  и передохнув, сказал перед отъездом, что в их городе случаи воплощения таких идей не редкость, и ему известна похожая неприятная история своего близкого знакомого. Он сделал интересный вывод. Екатеринбург знаменит тем, что там была расстреляна царская семья. Да и вообще у русских людей карма испорчена семнадцатым годом, разделившим народ на жертв и убийц. Содеянное предками не может не проявиться через поколения. Наверное, он прав.

      Прошли годы и совершенно случайно мы узнали, что с Максимом и Людмилой все в порядке, старшая сестра Андрея - студентка университета, а он учится в той самой школе. Ничего не произошло. Все целы и невредимы.

 

   
      ПОЛНЫЙ СПИСОК ВОПРОСОВ   (откроется в новом окне)      
 
   От автора Вопросы с 67 по 73
   Профилактика и лечение заикания    Воспитание заикающегося ребенка и семейные взаимоотношения
Вопросы с 1 по 10 Вопросы с 74 по 78
Вопросы с 11 по 20 Вопросы с 79 по 84
Вопросы с 21 по 30 Вопросы с 85 по 92
Вопросы с 31 по 40 Вопросы с 93 по 100
Вопросы с 41 по 51    Рассказы
   Дошкольное и школьное обучение заикающегося ребенка Больные люди
Вопросы с 52 по 56 Чужая
Вопросы с 57 по 61 Убивец
Вопросы с 62 по 66 Правильные советы правильным родителям в стихах
 
  ©  2011г. Все права защищены. С.Б. Скобликова 

По изданию ISBN 978-5-9902251-1-4. (М., С.Б.Скобликова, 276 стр., 2011 г.)

   

www.skoblikova.ru

   
   

© Рисунки Веры Авдеевой